ГОСУДАРСТВЕННЫХ ИНСПЕКТОРОВ ПО ОХРАНЕ ТРУДА ПРИРАВНЯЛИ К ЧИНОВНИКАМ
Однажды в Рострудинспекцию по Рязанской области пришли несколько молодых людей. Мол, тут недалеко арендуем площадку, где у нас будет производство, хотим с вами познакомиться. Зачем? Чтобы узнать о требованиях техники безопасности.
Этот визит несколько удивил инспекторов. Обычно к ним руководители, и тем более предприниматели, сами не приходят. От них – да, бегают, прячутся, но чтобы… сами? Это вызвало, по меньшей мере, удивление.
Тогда тот, кто назвался будущим директором, положил на стол ладонь. На ней не было фалангов пальцев.
— Вот, работал на таком же производстве, — сказал он. – Но тогда я был рядовым. А теперь за мной более 200 человек. И я отвечаю за их здоровье и жизнь.
Увы, это лишь единичный случай, когда работодатели проявили инициативу. Практика свидетельствует об обратном. На безопасность труда хозяева чаще смотрят сквозь пальцы, которые у них, в отличие от того молодого предпринимателя, все на месте. А трат на нее пытаются по возможности избежать или, в крайнем случае, на них сэкономить. Благо, возможностей для этого предостаточно.
К примеру, перечень вредных профессий и производств, дававший право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, не менялся с 1974 года. И кроме молока, других компенсаций за это время не появилось. Работодатели же вместо того, чтобы сократить нагрузку или решать экологические проблемы, предлагают рабочим доплаты. То есть, просто откупаются за нанесенный вред. И люди от нищеты своей соглашаются на эти дополнительные копейки, не понимая или не желая понимать, что завтра на лечение придется потратить значительно больше.
Против офиса Трудинспекции в Рязани стоит новый многоэтажный дом (офис, впрочем, тоже новый). Когда инспекторы только-только осваивали свои кабинеты, дом напротив еще строился, и они из окон могли сколь угодно наблюдать за тем, с чем призваны были бороться. Строители работали без касок и других средств защиты, грубо нарушая технику безопасности. Ничуть не стесняясь столь неудобного соседства. К примеру, крановщик на бетонной плите, как на лифте, поднимал рабочих на верхние этажи. И это было в порядке вещей. В то же время в столе одного из инспекторов лежало дело о несчастном случае, когда вот также крановщик поднимал строителей наверх, но что-то произошло с подъемным механизмом, плита вместе с рабочими полетела вниз. В результате – несколько трупов, вдовы, сироты, слезы, горе.
Новичкам в деле охраны труда можно было проходить практику, почти не отходя от своего рабочего места. И если поначалу прорабы отмахивались от этих назойливых ребят, как от мух, то после денежных начетов, которые вскоре ощутимым бременем легли и на бюджет строительной организации, и на карманы ее руководителей, ситуация стала меняться.
Таким же образом менялась ситуация и по области.
— Весь мой опыт показывает, что увещевания соблюдать правила безопасности не проходят, действенно только наказание рублем, — говорит заместитель главного государственного инспектора труда в Рязанской области Владимир Рыбкин. – Штрафуем вначале прораба (бригадира, начальника цеха), как физическое лицо. А потом все предприятие, как юридическое лицо, тысяч на 50 сразу. Но за всяким юридическим лицом стоят вполне физические хозяева предприятий. И штрафные деньги вытаскиваются не из государственного, обезличенного кармана, а из их собственного. Потому после таких санкций они обычно реагируют моментально. Для них дешевле купить средства защиты, чем платить регулярно по 50 тысяч рублей. Тут же появляется все необходимое по технике безопасности. И дальше отношения с этим предприятием складываются в нужном русле. Потому что руководители всех уровней начинают понимать: скупой платит дважды, а дурак – в пять раз больше.
На тот момент, когда мы в Рязани обсуждали с инспекторами вопросы безопасности труда, пять руководителей за повторные нарушения правил безопасности на производстве были дисквалифицированы, 12 материалов лежали в судах. В местных газетах опубликован список недобросовестных работодателей. С другой стороны, получили сертификаты доверия 12 предприятий, на которых не зафиксированы несчастные случаи, соблюдаются все требования ТБ, и для них сертификаты служат своеобразной охранной грамотой от незапланированных проверок.
Впрочем, сертификаты эти критикуются некоторыми профсоюзами. Но, во-первых, выдаются они не по прихоти инспекции. Решение принимает комиссия, в которую входят представители торгово-промышленной палаты, объединения предпринимателей, главного управления по труду областной администрации, фонда социального страхования, тех же профсоюзов. А во-вторых, они ведь, если честно, вошли в практику не от хорошей жизни. Нагрузка на инспекторов у нас значительно выше, чем на Западе. По международным нормам, должен быть один инспектор на 10 тысяч человек, в Рязанской области на 550 тысяч работающих приходится 22 инспектора. На каждого в среднем выходит по 2500 человек и по 18 жалоб в месяц, требующих, в большинстве своем, тщательного расследования. В прошлый кризисный год штатное расписание инспекций еще урезали, значит, нагрузка на оставшихся возросла.
А помощников, увы, мало. Разве что медики. В прошлом году вступил в силу приказ, который обязывает руководителей медицинских учреждений направлять в инспекции извещения обо всех травмах, полученных на производстве. И все. Прокуратура в такие игры не играет. Почти ни один материал со смертельным случаем, направленный в этот надзорный орган для привлечения виновных к уголовной ответственности, не обернулся реальным уголовным делом, а те, что обернулись, так и не дошли до суда. Милиция тоже отказывает госинспекторам в помощи. Хотя иной раз случается так, что предприниматель, где произошел несчастный случай, прописан по одному адресу, живет по второму, а ночует по третьему. Вот и ищи ветра в поле. А ни ОМОНа, ни угрозыска в штате инспекции нет. Но к милиции обращаться бесполезно.
— Самое обидное и непонятное, что профсоюзы в этом направлении мало работают. Хотя громче всех кричат о защите прав простого человека, — сетует Владимир Рыбкин. – Причем, в обкоме профсоюза есть инспекторы по охране труда. И они хоть каждый день с проверками ходи, ни один суд, ни одна прокуратура не остановит.
А государственных инспекторов по охране труда останавливают.
— Иной раз видишь нарушение, а ничего сделать не можешь. Надо идти в прокуратуру и согласовывать с ней свои действия. Не согласуешь, проверку признают не действительной. А пока согласовываешь, нарушителя уже и след простыл, — говорят инспекторы.
Дело в том, что 294-й закон «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» приравнял государственную инспекцию труда к тем чиновничьим и контролирующим организациям, которые, выражаясь словами президента Медведева, «кошмарят» бизнес. Но людей спасать – не бумаги писать. Вот и получается каждая проверка по письму, обращению или факту – бег с препятствиями.
Малый бизнес зачастую ведет себя безответственно, констатируют инспекторы. Да, проверяющие органы не должны «кошмарить» бизнес, но не будем забывать, что 80 процентов нарушений условий труда отмечаются именно в предпринимательской среде. И в списке предпочтений работодателей забота о здоровье сотрудников стоит где-то на последнем месте, на первом – прибыль.
— У нас в 90-х ежегодно в области погибало 60-80 человек. Потом 50, 30, сейчас сошли на 12. Мы, я считаю, выполняем очень большую социальную миссию, и оттого еще обиднее, что нас уравняли с чиновниками, — говорит главный государственный инспектор труда по Рязанской области Андрей Жуков.
Будь его воля, Андрей Константинович не только вывел бы своих подчиненных из сферы действия этого закона, но и пошил бы для них форменную одежду. Форма нужна, чтобы не сидеть в очереди в приемных, чтобы охранники не заламывали руки на проходных. Чтобы сразу было видно – это инспектор Рострудохраны. Человек, стоящий на страже вашего здоровья, спасающий ваши жизни.
Александр КАЛИНИН
