Он хотя бы попробовал…

1Ноя, 2016

Он хотя бы попробовал…

Заметки о книге Николая Андреева «Жизнь Горбачева», вышедшей накануне 25-летия отречения от власти первого и последнего президента СССР.

 

Скажу сразу: это не рецензия. Чтобы в строгом соответствии с жанром оценить 720-страничный труд коллеги, не хватит ни времени, ни газетной площади. Будем считать, что это некие впечатления, навеянные прочитанным.

 

Помнится, передавая мне книгу в почти торжественной обстановке (ее создавала элегическая мелодия, выдуваемая девушкой-саксофонисткой на временно сколоченной эстраде у памятника Пушкину), писатель с грустинкой заметил: «Тяжело идет…», имея в виду ход реализации бестселлера.

Вы, конечно, удивитесь: бестселлер и «тяжело идет»?

Именно так. Хотя можно понять — почему. Стояло лето. Пора отпусков и праздного безделия. Когда чтение подобных книг, пусть и бестселлеров, отодвигается на задний план. А учитывая, что всемогущее наше ТВ настоятельно предлагает зрителям лишь одно достойное, по его мнению, занятие — копаться в грязном белье «звезд», то такая читательская реакция почти не удивляет.

И потом, у нас ведь любят поводы. Почему вдруг про Горбачева вспомнили, а не про Петрова с Сидоровым?

Хотя повод такой есть, да еще какой! 25 декабря исполняется 25 лет со дня официального отречения Михаила Сергеевича Горбачева от власти.

Как же шел к ней этот человек от сохи (а вы разве не знали, что Михал Сергеич еще школьником работал комбайнером)? Что пришлось пережить на пути к политическому Олимпу? И откуда силы взялись, чтобы перенести всё, что он, слава Богу, перенес?

Ответы на эти и другие вопросы вы найдете в книге «Жизнь Горбачева». А еще — о подковерной борьбе, расстановке сил (и даже кресел) в Кремле. Об аппаратных играх и закулисных интригах. О пятилетке Великих похорон (была и такая!). О тайнах Ореховой комнаты. О тридцати минутах, предопределивших не только будущее самого М.С. (именно такую аббревиатуру предлагает нам автор), но и будущее страны. И о многом другом, о чем в широких кругах не распространяются.

Такое впечатление, что автор жил и работал рядом с М.С. как минимум Черняевым или Болдиным (помощники Горбачева) — настолько обширны его сведения о «потусторонней» жизни как самого М.С., так и лиц, его окружавших.

Могу только представить, сколько архивных документов, книжных и газетных страниц перечитал и перелопатил Николай Андреев, прежде чем выдать на-гора свой 720-страничный труд.

Кто-то из пользователей Сетей поделился с Андреевым «секретом» прочтения книги: «Мы трудимся следом за вами». Имея, наверно, в виду, что читать написанную Николаем Алексеевичем «Жизнь Горбачева» — тоже немалый труд. Читательский. И отнюдь не по причине объема. Ведь Андреев не дает готового рецепта «ху ис Горбачев?». Он предоставляет читателю возможность самому разобраться в круговерти описываемых событий, сопоставить приводимые факты и сделать собственные выводы.

Андреев начинает свою книгу с необычного эпизода, о который иной читатель может и споткнуться. Собрался, понимаешь, почитать о разрушителе СССР (так многие и сейчас думают, хотя прошедший референдум говорит об обратном), а ему — какие-то сказки подбрасывают… Но это были отнюдь не сказки.

Во время Первого и исторического (без натяжек) съезда народных депутатов Горбачев, восседавший в президиуме, вдруг замечает, что его жена, Раиса Максимовна, оживленно беседует в зале с каким-то незнакомцем. М.С. в недоумении, если не сказать — в ярости. Но будучи не в силах изменить реальность, подзывает охранников, и те знаками и жестами дают незнакомцу понять, что он должен исчезнуть с глаз долой. И пока этого не произойдет, Михаил Сергеевич не успокоится…

Не может быть! Это немыслимо!

Так, наверно, думает читатель.

Но Андреев думает иначе: раз ревнует даже в столь драматичной для страны ситуации — значит любит. И стало быть — М.С. живой человек. Таким человеком писатель и предлагает рассматривать Горбачева на всем протяжении повествования о нем — начиная с его первых шагов в Ставропольском крае и заканчивая отставкой.

Андреев называет Горбачева одной из самых трагических фигур в русской истории, жертвой собственных реформ, сопровождая некоторые действия М.С., равно как и его соратников короткими и нелицеприятными репликами типа «смешно» или «глупо», а местами защищает его («Сваливать всё на М.С. нелогично и несправедливо»), однако на главный вопрос, который упорно стучится в окно во время чтения книги — созидатель Горбачев или разрушитель? — однозначного ответа не дает. И эта сдержанность Андреева (как писателя-биографа) импонирует мне (как рядовому читателю) больше всего, ибо вешать ярлыки, тем более — задним числом, не самое лучшее занятие для писателя-исследователя.

Только ближе к концу жизнеописания героя Андреев все же обозначит свои оценки личности М.С., но предусмотрительно назовет их «весьма осторожными и даже уклончивыми», созвучными, как сам признается, с мнением известного тележурналиста и путешественника Михаила Кожухова — тот, якобы, «тогда сердился на него изо всех сил», а сегодня «ничего, кроме благодарности» к этому человеку не испытывает.

В книге много деталей, о которых автор вспоминает скороговоркой, а они становятся символами — не всегда, впрочем, приятными. Чего стоит, например, один лишь эпизод со спуском государственного флага СССР, осуществленного по личному распоряжению Ельцина сразу после того, как Михаил Сергеевич произнес свою последнюю фразу из Обращения к советскому народу. Этот жуткий по напряжению момент напомнил мне реанимацию. Если в капельнице больного перестает капать жидкость — значит, пациент умер.

Мало того, что Ельцин, вскормленный, кстати, Горбачевым, буквально вышвырнул М.С. из кабинета, он еще вышвыривал его из Истории.

Или взять сложившуюся после череды похорон (Суслов, Андропов, Черненко) ситуацию в руководстве КПСС. Точно так же, как исход Карибского кризиса, по большому счету, решил разговор американского журналиста Джона Скали и полковника КГБ Феклисова, так и ход заключительного периода советской истории решил разговор двух человек: Громыко-младшего с Громыко-старшим на даче последнего.

Стоял вопрос: кого после смерти Черненко выдвинуть на пост Генерального секретаря партии. Вот Анатолий Андреевич (с подачи А.Н. Яковлева) и предложил отцу, непререкаемому на тот момент авторитету в партийной верхушке, выдвинуть кандидатуру Горбачева. Что Андрей Андреевич и сделал — сначала на Политбюро, потом и на Пленуме.

Мы не знаем (хотя можно догадываться), что было бы со страной, не окажись в ту пору у власти именно Горбачев и, тем более, не отдай он чуть позже эту власть (тихо и безропотно) рвущемуся к ней Ельцину.

И, возможно, именно противопоставляя эти две разные фигуры, в финале книги Андреев вновь, как и в начале ее, акцентирует наше внимание на М.С. как человеке. Любящем и любимом.

Мы видим Горбачева рядом с Раисой Максимовной в последние мгновения ее жизни. «Михаил Сергеевич держит руку жены и продолжает ей что-то говорить. Он знал, что она без сознания, и сознание не вернется, но говорит, говорит, говорит…».

В те горькие для М.С. дни и страна, наконец, увидела в нем не политика, а мужчину, и поняла, что любовь может быть не только в киносказках, но и в жизни, в том числе в жизни первых лиц огромного государства.

«Понимание истинной ценности человека приходит после его смерти», — с нескрываемым сожалением замечает Андреев. Так он говорит, имея в виду Раису Максимовну.

Можно только с ужасом представить, когда к нам придет понимание истинной ценности Горбачева…

Кстати, я не случайно вынес в заголовок этих заметок слова героя Джека Николсона в фильме «Пролетая над гнездом кукушки». Помните, как, потрясенный инертностью пациентов психушки, Макмерфи пытается вырвать умывальник из цементного пола, но, так и не справившись с целью, бросает с упреком друзьям по несчастью: «Ну я хотя бы попытался, черт возьми, хотя бы попробовал».

Вот и Горбачев так. Он попытался сделать страну другой, причем без революций и потрясений, а у него не получилось. В том числе, возможно, из-за нашей с вами инертности.

Да, не получилось… Но М.С., черт возьми, хотя бы попробовал!

 

Леонид АРИХ

 

P.S. На фестивале прессы в Дагомысе, где по традиции собираются журналисты всей страны, мы в узком кругу коллег заговорили и о новой книге Николая Андреева. И попытались назвать человека, который мог стать очередным героем биографической серии писателя. Но перебрав десяток фамилий, так и не определились с явным фаворитом, хотя чаще других звучало имя Ельцина. И вот сегодня, перечитав книгу Андреева о М.С., я думаю, а достойна ли вообще жизнь Ельцина как таковая того, чтобы занять свое место под обложкой на одной полке рядом с «Жизнью Горбачева» и, тем более, с «Жизнью Сахарова» и с «Жизнью Высоцкого»? Сомневаюсь.

 

NB!

 

ОБ АВТОРЕ. Николай Алексеевич Андреев родился в 1947 году в городе Соль-Илецке. Окончил факультет журналистики МГУ. Еще студентом был принят стажером в «Комсомольскую правду». В дальнейшем работал в «Литературной газете», еженедельнике «Новое время», «Известиях». Во второй половине 1990-х годов — в телекомпании «ВИD». Дважды лауреат премии Союза журналистов России. Лауреат премии «Золотая полка» СЖР. Автор биографических книг «Жизнь Сахарова» и «Жизнь Высоцкого», вышедших незадолго до «Жизни Горбачева».

 

КСТАТИ. Книгу Н. Андреева«ЖизньГорбачева»можноприобрестивкнижноммагазине«Москва» (ул. Тверская, д. 8, стр. 1). ВытакжеможетезаказатькнигусамомуавторунаегостраницевФейсбуке, набраввстрокепоискаимяпользователяНиколайАндреев.

 

Похожие Посты

468 ad

Оставить комментарий