Крайним сделали лейтенанта

Хотя приказ ему давали совсем другие люди.

 

Вильнюсский окружной суд 27 марта огласил приговор по политически мотивированному уголовному делу о событиях в литовской столице в январе 1991 года.

 

Крайним сделали лейтенантаСуд признал бывшего министра обороны СССР 94-летнего Дмитрия Язова «виновным в военных преступлениях и преступлениях против человечности» и заочно приговорил его к 10 годам лишения свободы. Бывший начальник Вильнюсского гарнизона Владимир Усхопчик осужден на 14 лет, экс-командир группы «Альфа» КГБ СССР Михаил Головатов — на 12 лет лишения свободы. Еще свыше 60 граждан России, Беларуси и Украины получили от 4 до 14 лет заочно. Перед судом очно предстали лишь два советских офицера, граждане России Юрий Мель и Геннадий Иванов. Мель приговорен к семи годам лишения свободы, Иванов осужден на четыре года.

Полковник запаса Юрий Мель, страдающий тяжелой формой диабета, был задержан 12 марта 2014 года на литовском погранпереходе при возвращении в Россию. Калининградца обвинили в том, что он (в ту пору 22-летний лейтенант) участвовал в штурме Вильнюсской телебашни 13 января 1991 года. В ту ночь, напомню, бойцы «Альфы», военнослужащие Советской Армии, штурмом взяли Вильнюсскую телебашню и здание Литовского телерадиокомитета. При этом погибли несколько горожан и лейтенант спецназа Виктор Шатских, которому неизвестный выстрелил в спину.

С марта 1990 года я работал в столице Литвы. Обстановка и события январских дней 1991 года были настолько накалены, что даже непосвященному человеку становилось более чем очевидно — произойдет что-то непредвиденное. Трагедия произошла 13 января 1991 года…Знакомясь с различными документами, выслушивая мнения многих людей, неоднократно задавался вопросом: кто виновен в Вильнюсской трагедии? В печати уже тогда высказывались десятки версий, порой взаимоисключающих друг друга.

Определенную ясность внесло письмо председателя Верховного Совета Литвы на имя президента России Б. Ельцина, в котором тот просил российского лидера оказать содействие в выдаче генеральной прокуратуре Литвы для привлечения к ответственности ряда должностных лиц. Об этом списке Сейм Литвы вспомнил вновь 12 лет назад, при обсуждении текста заявления в адрес России с призывом «сотрудничать в расследовании событий 13 января 1991 года». Оппозиция тогда настаивала на том, чтобы Россия выдала ей лиц из списка 25 разыскиваемых «государственных преступников». К таковым литовские консерваторы отнесли людей, которых я хорошо знал. Эдмундас Касперавичюс окончил общевойсковое военное училище, затем военный институт иностранных языков. Служил на полуострове Даманский, прошел октябрьскую войну 1973 года в Египте и Афганистан, был в Чернобыле. «Я выступаю за то, — говорил он мне, — чтобы мои соотечественники получили независимость. Но не ценою жизни людей».

С генерал-майором Альгимайтасом Науджюнасом я познакомился в 1989 году на космодроме Байконур. Затем дороги вновь свели нас в Вильнюсе. «Я — литовец, люблю и буду любить свой край. Готов прийти на помощь, но не принимаю никаких сочувствий и призывов к чувству сострадания тем, кто прислуживал фашистам, способствовал убийцам и убивал людей».

«Мы преступления не совершали, — говорил мне 28 лет назад командир Вильнюсского ОМОНа Болеслав Макутынович. — Мы выполняли указ (президента) и приказ министра внутренних дел».

Тогдашнего главы МВД СССР сегодня нет в живых. Президент Союза М. Горбачев со спокойной совестью раздает интервью, находясь преимущественно за границей. И никто даже не пытался спросить у Горбачева, какой указ он подписывал: преступный или нет. Зачем? Есть ведь крайние. Тот же лейтенант Юрий Мель…

«У меня на глазах фашисты убили отца и брата. А в Литве возрождается фашизм. Как я к этому должен относиться?» Слова эти принадлежат Миколасу Бурокявичюсу, свято верившему идеалам партии и ее генеральному секретарю. Когда новые литовские власти бросили престарелого профессора в тюрьму, никто из тех, кому он свято верил, не встал на его защиту.

Вновь и вновь включаю диктофон, вслушиваюсь в слова тех, кого литовский суд записал в разряд «преступников». А в глазах печально траурный январь 1991 года. Прощание в Вильнюсском доме офицеров с погибшим лейтенантом Шатских. И опять не дает покоя вопрос: кто истинный виновник трагедии?

Все эти годы храню два патрона иностранного производства. Мне их подарил командир танкового полка подполковник Н. Астахов, чья фамилия тоже в списке «преступников» — выполняя приказ, он лично повел танки к телебашне. Лично, потому что, по его словам, «накануне пришли молодые механики-водители, боялся беды».

Одним из тех безусых танкистов, кстати, был лейтенант Мель, которого литовская фемида приговорила к 7 годам лишения свободы. Каких-либо доказательств вины Юрия Меля в материалах суда нет, но из него сделали ответственного за гибель 13 человек… Бред! На руках советских военнослужащих и сотрудников КГБ СССР крови нет. Людей убивали и калечили боевики-националисты. На это обстоятельство обратил внимание бывший генпрокурор СССР Николай Трубин.

У меня хранится фотокопия справки начальника бюро судебно-медицинской экспертизы ЛР А. Гармуса №29 от 6 февраля 1991 г. Установлено, что жертвами огнестрельных ранений у телебашни стали лишь 9 человек. А в приговоре Вильнюсского окружного суда от 23.08.1999 г. по уголовному делу № 09-2-91 (делу литовских коммунистов) на стр. 117 и 122 указано, что пули, обнаруженные в телах погибших у телебашни, были идентифицированы как пули от охотничьих ружей, пули малого калибра и пуля образца 1908 г. от винтовки Мосина 1891/1930 г.

Литовские прокуроры на суде утверждали, что советская гусеничная военная техника переехала Р. Янкаускаса. Между тем, в том же акте №29 литовского судмедэксперта указано, что травмы верхней части тела Янкаускаса причинили «колеса транспортного средства». Не гусеницы, а колеса! В январе 1991 г. в газете «Республика» было опубликовано фото трупа Янкаускаса в морге с обнаженными грудью и животом, где ясно видна анатомическая целостность тела. Аналогичная ситуация и с другими жертвами, якобы пострадавшими от наездов советских танков.

Гвардии полковник запаса Юрий Мель на суде заявил: «Во время запланированной провокации произошла трагедия, в мирное время погибли люди. Об этом можно лишь сожалеть. Сам факт использования армии не может быть оправдан. В мировой практике за это отвечают руководители. Вне всяких сомнений превышения полномочий со стороны военных должны быть разносторонне расследованы, этому должна быть дана правовая оценка. Однако все эти действия не имеют ничего общего с преступлениями против человечества и военными преступлениями».

По сути о том же сказал бывший руководитель «Альфы» Михаил Головатов: «В 1991 году мы были здесь по прямому указанию президента своей страны, его полномочия действовали на территории всей страны. Все решения согласовывались с руководством, с президентом М. Горбачевым». Михаил Сергеевич, как известно, категорически отрицает какую-либо причастность к событиям в Вильнюсе. Якобы это самодеятельность КГБ и военных. Ну, прямо как позже во время августовских событий 1991 года в Москве, будто ничего не знал, не ведал. Вы этому верите?

Вопросы не дают покоя. И не дадут, видимо, до того времени, пока не будут обнародованы все архивные документы, касающиеся событий 28-летней давности.

А что касается противозаконного судебного решения в отношении Юрия Меля и Геннадия Иванова (в ту январскую ночь, кстати, его вообще не было у телецентра), других граждан России, Белоруссии, Украины, то это очередное доказательство движения новоявленных т.н. «демократических» государств по пути усиления фашистской диктатуры. Организация расправ над людьми, в прошлом защищавших территориальную целостность СССР, является логическим продолжением данной реакционной политики. Литовское правосудие в очередной раз подтвердило пресловутые двойные стандарты, забыв, что «военные преступления и преступления против человечности» совершали не советские военные, а гитлеровские нацисты, марши во славу которых до сих пор проходят по улицам Вильнюса.

 

Валерий ГРОМАК

военный обозреватель «НВ»

капитан 1 ранга в отставке

Похожие статьи